Два дня поднимались мы по льду и фирну и уже вышли на гребень, когда неистовая непогода заставила нас остановить движение. Завывающий ветер треплет тонкие полы палаток. Кажется, выйди из палатки - и сразу сорвет тебя с гребня. Мороз внутри палаток достигал 15°. Неистовая пурга мельчайшей снежной пудрой проникает в палатки и покрывает пуховые спальные мешки.
И вдруг среди воя и свиста ветра у входа в палатку раздается знакомый голос:
- Ну как зимуете, альпиноиды? - И сквозь раздвинутые снаружи полы палатки заглядывает глаз с заиндевевшими ресницами и выгоревшей бровью. Это Женя обходит владенья свои, где давая совет, где просто подбадривая товарищей, весь занесенный снегом, похожий на безбородого деда-мороза.
День за днем свирепствует непогода. День за днем Женя обходит палатки, подбадривает притихших друзей… Далее...
Поезд шел дальше. Скоро общий интерес к торам , то пропал, хотя еще многие из пассажиров долго, шш лись впечатлениями об Эльбрусе. Андрей теперь один продолжал стоять у окна и жадно всматривался в горы. Снова вспомнились рассказы Болотина. Да, вот они, горы. Снежные хребты высоко поднимаются к небу. Над ними вершины. Всё они разнообразны, но по-своему красивы и величественны. Предгорья зеленеют темной зеленью лесов и более светлыми красками лугов. Долины, уходящие к далеким хребтам, затянуты синеющей полупрозрачной дымкой. Да, красивы горы
Как сложилась его дальнейшая судьба?
В Тифлисе Пастухов успешно сдал экзамены на первый классный чин топографа. В 1882 г. он снова в Петербурге, где был произведен в младшие классные топографы. Это изменило прежнее настроение Андрея. В том же году он вновь ехал на… Далее...