На следующий день, 21 мая, погода была ужасной: дул сильный, порывистый и леденящий ветер, и шел обильный снег. Уйлланс и Хестон все-таки вышли из лагеря V. Они сумели за этот день обработать 150 м пути. Бонингтон 22 мая вновь был в лагере V. Они вместе с Исткотом вышли из лагеря V для того, чтобы доставить в лагерь V палатку, бухту веревки и питание. Однако Исткот перед первым сложным подъемом прекратил восхождение. Он действительно сильно измотался за длительное время напряженной работы по снабжению верхних лагерей. Силы его иссякли. Дальше Бонингтон пошел один, забрав у Исткота мешок с питанием.
Бонингтон поднимался с кислородом. Он чувствовал себя значительно лучше, чем при первом подъеме. Но, выйдя на утюг, он вдруг почувствовал резкую усталость. Оказалось, что кислород в баллоне иссяк. С трудом он добрался до лагеря, но палатки для организации верхнего лагеря на пути к вершине он не принес. Бухта веревки и питание были пределом его сил.
Участники штурмовой двойки встретили его восторженно.
— Завтра же мы организуем лагерь V, — бодро заявил Уйлланс. Его даже не смутило сообщение Бонинг-тона о том, что палатку он не принес.
— Значит, завтра ты принесешь палатку и пойдешь с нами на вершину, — без тени смущения заявил Уйлланс.
Однако этому не суждено было сбыться. Бонингтон так комментирует последующие события:
Метки:зал, тур